Я фанат!

Фан-клуб сериал Метод Лавровой

Сейчас ты вот здесь: Фан-Партия  →  Фан-клубы в разделе Телесериалы и ТВ шоу  → сериал Метод Лавровой  →  Трибуна

Разное Все Разное Написать Разное

Сегодня Черных опять уснул на солнце. Ему снилось что- то непонятно размытое, какие-то мелькающие пейзажи. Кажется деревня, в которой он в пятом классе жил на летних каникулах, с бабушкой. Не давая щемящему чувству тоски и прочим сентиментальностям проснуться у него в груди, Черных резко перекатился и вскочил. Был уже вечер, проснулся он от холода, потому что не любил укрываться одеялом.
- Эй! К тебя заходили!- окликнув его, произнес Маркиз.
- Да? И кто же?- позевывая, лениво поинтересовался Черных.
- Судебный пристав. Сказал, что суд в срочном порядке решил рассматривать твое дело. Завтра.
- Когда? – глухо спросил Федор, тупо разглядывая стену.
- Именно, завтра. Была облава на одного кореша Филимона, суд хочет засадить и его, а для этого надо разобраться вначале с Филимоном. Ну, и с вами, естественно.
Мозг, вначале пробуксовывающий, начал работать лихорадочно быстро. Так быстро, что Черных не понял ни одной мысли, пролетевшей в его воспаленной голове. Он подошел в холодной стене и прижался к ней лбом, закрыв глаза. Ему показалось, что она передала ему свое каменное равнодушие и спокойствие. Отвернувшись, он сполз по стене, спиной ощущая каждую ее шероховатость. Ну вот и настал судьбоносный момент. Завтра он окажется на скамье подсудимых. И как? Что? Хотя ничего не поменяется. Он и так уже в тюрьме.
Просидев так минуту, он поднялся. Ощущение реальности было размытое, словно она ненастоящая. Он потер костяшкой среднего пальца точку между бровями, примерно в том месте, где обычно представляют себе третий глаз.

POV
Так. Ну и че делать? Надо наверно придумать оправдательные слова. А кто у меня там адвокат? Игорь Георгиевич. Леоновский- убито подумал он.

Леоновский. При звуке этого имени внутри все переворачивалось.
Когда он вспоминал о нем, ему казалось, что ему в сердце медленно, с наслаждением ввели шприц и впрыснули отраву. И вот теперь его сердце лихорадочно бьется, пытаясь справиться с ядом. Он видел, как Она, выйдя из кафе, бросилась к нему в объятия. Видимо, ему удалось добиться ее. Ну конечно… богатый, состоятельный, известный адвокат с выигрышной внешностью, вхож в светские высшие круги. Идеальный, как и она… Даже слишком идеальный. Ходил все время по универу в дорогом деловом костюме, и смотрел на всех с улыбкой, но не снисходительно. Черных это коробило. Он не понимал такого. Ему казалось, что такой должен постоянно смотреть на всех сверху вниз, упиваясь собой. А этот… Федя ему не верил, ему казалось, что тот притворяется все время. Но раз Лаврова выбрала его, наверно не притворяется. Она ведь психолог, черт возьми, все с одного взгляда видит!!! Он чувствовал, что по всем показателям проигрывал ему. Это его бесило. Но все равно. Плевать на него! Пусть катится, куда хочет на своей белой машине, только пусть вытащит его вначале из тюрьмы. А потом уже будем думать, хороший он или плохой.
Она… Срабатывал принцип : с глаз долой – из сердца вон. Почти не вспоминал о ней. Днем. А ночью она отчаянно мерещилась ему, и он взволнованно ходил по камере, ловя призрачный ночной свет и глядя на луну. Он представлялся себе волком-одиночкой, запертым в клетку с шипами на стенах. Бросаешься в одну сторону- зверская боль, шарахаешься в другую- тоже самое. Хотелось если не выть, то просто тоскливо лежать и смотреть на холодный серебристый блеск луны, прислушиваясь к своему дыханию и биению сердца. Порой ему казалось, что луна- это отражение земли в тот час, когда на ней безлюдная и холодная ночь, нарушаемая лишь свистом ветра, а на душе если не кошки скребут (какие кошки у волка?) но шакалы воют точно.

А еще ему снились кошмары. Вначале всплывало жуткое, мертвенно- бледное лицо напарника. Он убил его. Одним выстрелом. Черных ужасается, отбрасывает пистолет и видит что руки у него в крови. Дыхание сбивается. И он слышит где-то далекий детский плач и видит пацаненка лет восьми, которого он лишил отца. Раздается жуткий бесплотный голос. Вроде в нем и нет ничего такого, но хочется заткнуть уши и бежать. Но куда? От самого себя? Голос без всяких оттенок и эмоций спрашивает: « ты хочешь, чтобы этого не было?» Черных судорожно кивает. Ну что, хотел- получай. Теперь он видит все происходящее со стороны. Стоит в кафе, как бесплотный призрак. Лаврова. Вот она подходит к его двойнику с поднятыми руками, вроде бы сдается, а на самом деле жутко давит на психику.
Вот он сам. Стоит с направленным дулом пистолета на беззащитно и даже доверчиво( ну так ему казалось) подходящую к нему женщину. И вдруг в его глазах появляется жуткий темный огонь. Феде становится по- настоящему страшно смотреть самому себе в глаза. И не только ему. Он видит за спиной двойника своих одногруппников, с ужасом взирающих на него. Маринка плачет и прижимается Родиону, а тот, сидит, напрягшись, и, кажется готов вновь бросится на него со спины. Ему становится противно и тошно. Он их предал… И самого себя тоже. А его темный двойник со всепоглощающей ненавистью смотрит Лавровой в глаза и нажимает на курок. Выстрел. Напротив сердца Лавровой медленно расплывается темно- кровавое пятно. Она, качнувшись, замирает на секунду, а может и на целую вечность, а падает лицом вперед. А двойник жутко ухмыляется и говорит с презрением : « теперь я здесь главный, Екатерина Андреевна». Настоящему же Феде кажется, что вместе Лавровой падает и все его жизнь. Или она и есть его жизнь?? Раздается вновь этот голос, спрашивающий с ложным участием: « ну что? Так лучше?». Федя чувствует, что с ним играют, как играет кошка с мышкой, прежде чем съесть ее. А такого он терпеть не может. Правильно сказала на первой лекции Лаврова- уязвленное самолюбие. Его охватывала ненависть, злоба, ярость и бессилие… Что он может сделать? Набросится на самого себя? К счастью, если это можно назвать счастьем, сон заканчивается, и Черных просыпается в своей постели в холодном поту. «Все хорошо, это сон, это сон»- твердил он себе, ощущая, как гулко бьется сердце в груди и буквально стукается о ребра. « Лаврова жива, напарник жив, я в тюрьме»- вспоминал он и утешался этим. То что он в тюрьме, по сравнению с жизнью Лавровой, казалось пустяком. Но такое состояние продолжалось недолго, и он вновь вставал и смотрел на луну и звездное небо. В голове вертелись обрывки песни:

Отец, прости своего блудного сына:
Пока ищу мечту, жизнь пролетает мимо
Пока пишу – я дышу, в карманах пусто, пускай.
Искал улыбку, напоролся на оскал – пускай.
Быть одиноким волком или затеряться в стае?
Судьба не балует меня богатым выбором, знаю.
Видел дно стакана чаще, чем глаза родных.
Я хотел стать святым, но грешен, как и ты.
Ты учишь меня жить, а жизнь учит предавать,
На перепутье опять исписанные тетради
Воистину, на земле Отец, наверху – Бог
Мы ищем рай, а рай у материнских ног.
Сотни перекрестков, но везде одна дорога
И что искать правду там, где нет веры в Бога?
Если силы иссякли и давит жизнь пресс,
Включаю музыку, и слушаю, что скажет сердце…

Дай ума сложить оружие нам, Всевышний.
Прости тех, кто не смог простить своих близких,
Тех, кто обещав любить, ушел по-английски,
Оставил пожилых, не оставив и записки…

Дай силу встать тем, кто упал, но верен,
До последнего дыхания, Господь, тебе лишь
Награди преданных тебе Светлым Раем,
А тех, кто предал – справедливым наказаньем.

Отец учил меня любить людей – я ненавидел,
Мой Бог учил меня смириться… я бросил вызов.
И оказавшись один на один с этим миром…,
Я многое понял… и глаза свои все же открыл…

Жизнь… Чтобы познать, надо идти с низов…
И я наказан был, за то, что прогневал богов…
Чтобы понять людей, ты должен быть на их месте…
И далеко не к каждому я сохранил ненависть…

Я… благодарен, что я не один…
Со мною те, кем Бог меня наградил…
Яд… из их рук я выпью за дружбу…
Хотя… надеюсь, им это будет не нужно…
Нет правды, но, где-то есть Бог
И я… верю в него, несмотря ни на что…
Отец…, я научился прощать людей…,
Любить их трудно… но я сумею… поверь..!

Написать Разное Узнай, что ещё написала на трибуне Dana_kz →

Обсуждения 1000

Войди, чтобы ответить

Популярные новинки в разделе Разное из сериал Метод Лавровой

Последние выступления с трибуны фан-клуба →