Я фанат!

Фан-клуб One Direction

Сейчас ты вот здесь: Фан-Партия  →  Фан-клубы в разделе Музыка  → One Direction  →  Трибуна

Разное Все Разное Написать Разное

One Direction

Глава третья.
«Тренировочный лагерь» и жизнь после него.

Лиам: В июле мы вместе поехали на арену Уэмбли на первый полуфинал. Вообще-то мы тогда даже не знали друг друга, поэтому думать, что мы бы стали группой, было нереально.

Гарри: Там было около 211 номеров в целом, и когда я приехал туда и увидел, сколько там людей, я не рассчитывал что у меня есть шанс.

Луи: Так как Дэнни была в декретном отпуске, а Шерил тогда все еще оправлялась после малярии, Луис и Саймон были единственными судьями в начале. В первый день Луис говорил всем: «Первый полуфинал – это жестко. Шоубизнес – это жестко и, чтобы выжить в нем, ты должен быть жестким». Это немного пугало. Внезапно все показалось таким реальным, и мы должны были бороться, чтобы доказать, что мы заслуживаем находиться там и способны выдержать напор судей.

Зейн: Саймон также сказал ободряющую речь о том, как наша жизнь может измениться после этого конкурса. Когда он сказал, что один из присутствующих точно выиграет, я подумал «О боже, это же могу быть и я». Потом я посмотрел вокруг и понял, что каждый этого хочет так же сильно. Я не знал, насколько они хороши, но они должны быть реально неплохи, если попали на первый полуфинал, поэтому я собирался работать столько, сколько я не работал за всю свою жизнь.

Найл: Луис сказал, что они ищут настоящую звезду и собираются отобрать только лучших. Половину претендентов отправили домой в первый же день, и это было на самом деле пугающе. К концу того самого дня для меня все могло закончиться, и я мог улететь обратно в Ирландию. Не нужно говорить, о том что это самое последнее, чего бы мне хотелось сделать. Уехав так далеко от дома, я собирался пройти весь путь.

Луи: С Айденом и Зейном я подружился довольно быстро, после того как мы встретились впервые, а так же еще с парой ребят. Я проводил много времени с парнем по имени Джон Адамс, почти все свободное время мы вместе репетировали. Мы понимали, что наши голоса не такие сильные, как у других участников, а нам не хотелось вылететь с конкурса и думать: «А что, если бы мы репетировали немного больше?» Поэтому мы трудились очень усердно.

Найл: Сначала проживать в отеле было здорово, но однажды все поменялось. Я сплю обычно крепко, но один раз я заметил, что около 2-ух часов ночи дверь в мою комнату открылась, и это меня разбудило. А следующим утром я обнаружил везде битое стекло и беспорядок. Я знал, кто должен был за это ответить, но не говорил.

Гарри: Однажды Саймон сказал нам, что он может увидеть звезду в каждой категории, отчего все сразу по-хорошему взволновались. Но он также подлил масла в огонь, сказав, что мы должны будем научиться танцевать. Некоторые конкурсанты уже были неплохими танцорами, поэтому я запаниковал. Понемногу я начал танцевать, но все еще не мог представить, как я справлюсь с этим заданием.

Луи: Брайн Фрайман сказал, что нас собираются обучить нужной программе. Мой рот просто приоткрылся тогда. Я понятия не имел о том, как это будет выглядеть, но был готов ко всему.

Зейн: Я был в ужасе. Я не могу танцевать, даже чтобы спасти собственную жизнь. Многие из моих конкурентов когда-то были на подтанцовке и уже имели хоть какой-нибудь опыт, но для меня это была абсолютно новая вещь, которой я никогда не занимался. Это разочаровывало и заставляло меня ощущать себя лишним, будто я и не хочу находиться там. Знаю, звучит не очень хорошо, учитывая, что я получил такую замечательную возможность, но я правда чувствовал себя неловко перед всеми.

Луи: Все мы танцевали под песню Леди Гаги "Telephone”, и я помню, как Саймон заметил, что Зейн пропал, он тогда спрашивал у всех, не видел ли кто его. Я не думал, что Зейн решил сбежать. Оказалось, что он просто ушел со сцены за кулисы и сидел там.

Зейн: Я правда не хотел принимать в этом участие, потому что ненавидел танцевать. Я никогда раньше этого не делал и чувствовал себя, как идиот. Я находился на сцене с людьми, которые были гораздо лучше меня, и я боялся стать посмешищем. Я думал просто пропустить эту часть испытания. Многие из участников были профессиональными танцорами и хореографами, а я просто смущался перед Саймоном и остальными. Поэтому я решил уйти со сцены в надежде, что никто этого не заметит. Но все таки заметили. Саймон пошел меня искать, он не был доволен моим поступком. Он сказал мне, что я совершаю ошибку, и объяснил, что если я ни разу не попробую что-то сделать, у меня это так никогда и не получится, и не важно, как глупо и некомфортно я буду себя чувствовать в первое время. Саймон оказался прав, как еще я смогу научиться, если не попробую? Мы договорились, что я больше не буду так поступать, и он ушел. Это очевидно, что мне все еще нужно тренироваться и оттачивать свои танцевальные навыки, но с заданием я справился нормально. Мне нужно больше танцевать перед людьми и стать более самоуверенным, потому что в этой индустрии очень важно уметь танцевать. Разумеется, у меня стало получаться лучше. Я, конечно, не думаю, что Джастину Тимберлейку придется переживать о том, что он может потерять звание короля танцев, но теперь я в этом тоже неплох.

Лиам: Я думал, что танцевальные курсы – это увлекательно. Я обычно танцевал в разных группах, когда был младше, поэтому я знал некоторые вещи о хореографии, но участвовать в чем-то такого уровня, как на X-фактор было замечательно. Там были на самом деле удивительные танцоры, и мне нравился тот факт, что каждый выкладывался на всё, что способен. Я просто попытался сделать то же самое, и это было просто замечательно.

Найл: Однажды нам дали список из 40 песен. Мы должны был выбрать одну для выступления, и представить ее на следующий день. Луис предупредил, что это наш последний шанс и мы не должны облажаться. О, разумеется, это было не давление. Я выбрал песню "Champagne Supernova”, потому что я большой поклонник группы Oasis, и мне показалось, что никто больше ее не выберет. Так и получилось, я был единственным, кто пел ее на первом полуфинале.

Гарри: Лиам и я пели одну и ту же песню, "Stop Crying Your Heart Out”.

Зейн: А я и Луи пели "Make You Feel My Love”.

Луи: Полагаю, что каждый претендент на победу хотел справиться с этим испытанием больше, чем он хотел чего-либо в своей жизни. Мы были всего в нескольких днях от испытания в Доме Судей. Саймон напомнил нам, что из 200 000 людей, пришедших на прослушивание, мы были сотней финалистов. Это было просто невероятно!

Гарри: Вы могли бы почувствовать, как каждый из нас нервничал в тот день. Несмотря на то, что и все предыдущие дни были довольно напряженными, что-то заметно изменилось, все участники казались гораздо более шумными. Я чувствовал себя немного нехорошо, потому весь день нервничал. Тогда все казалось таким близким. Я хотел пройти это испытание больше всего на свете. Когда Саймон сказал нам, что сегодня для нас самый важный день, он был прав. И, если честно, я думал, что у меня все получится.

Найл: Саймон сказал нам, что Николь Шерзингер приедет, чтобы помочь судьям принять решение. Когда она вошла, все разразились аплодисментами. Она была сногсшибательна. Николь сказала нам, что это время для преобразования мальчиков в мужчин и куколок в кошечек, что было забавно.

Гарри: Я выступал первым, и это меня немного напрягало. Мы все смотрели на выступления друг друга, что нагнетало обстановку еще сильнее. Я вложил все свои силы в выступление, а потом все, что я мог сделать, это ждать результатов. Только когда вы проходите через первый полуфинал, вы начинаете осознавать, что поставлено на кон, и мне тогда еще больше захотелось остаться там и пройти все испытания.

Лиам: Меня трясло, перед тем, как я вышел на сцену. Я все еще сжимал листик со словами песни и постоянно повторял их, чтобы убедиться, что слова отскакивают у меня от зубов. То, что на прослушивании я выступил просто замечательно, было бонусом для меня, но в то же время было и не так хорошо, теперь судьи ожидали от меня еще большего. Когда я прошел начальное прослушивание, казалось, что у меня есть практически целый год, чтобы решить, какую песню петь, и затем практиковаться миллионы раз. Но для подготовки к выступлению на первом полуфинале нам дали всего 24 часа. В данной ситуации не было возможности начать все сначала. В моей голове была всего одна мысль – доказать Саймону, что я отношусь к выигрышу серьезно и хочу вступить в войну, показать, что у меня есть все, что требуется на X-факторе. Когда я поднялся на сцену, я сразу сказал судьям, что причина, по которой я здесь, в том, что я уже получил отказ однажды, вызов был принят. Я поставил себе цель и теперь никогда не сдамся.

Гарри: Мы знали, что следующие несколько часов определят наши судьбы. Все участники очень волновались. После того, как я выступил, я не переставал прокручивать в голове все свои действия, думать, мог ли я выступить лучше и что бы тогда сказали судьи. Не иметь какой-либо реакции судей было на самом деле тяжело, ибо мы не могли и предположить, как прошло наше выступление.

Найл: Когда я узнал, что судьи выберут по 8 человек из каждой категории, вместо 6, я был воодушевлен. Да, это были всего 2 дополнительных человека, но ведь, может, судьи выбрали бы меня тем 7-ым или 8-ым, так что это мог быть мой шанс.

Луи: Помню, когда я давал интервью, мне задали вопрос о том каковы мои шансы в этом испытании. Я ответил, что только 8 людей пройдут, и это будут 8 лучших, в отличие от меня, певцов, поэтому я не особо рассчитываю на свои шансы. Тогда парень, который брал у меня интервью, сказал мне, что это звучало так, будто я и не хочу победы. Я не хотел ожидать слишком многого, а потом просто напросто разочароваться.

Лиам: В тот момент, когда нас всех позвали на сцену, мы выглядели испуганно. Потом судьи начали называть имена, и каждый еле-еле дышал, в ожидании своего имени.

Зейн: Чем больше имен они называли, тем чаще я думал, что это конец для меня. И когда они пришли к тому, чтобы назвать 8-ое имя, это было ужасно, потому что все парни, которые так и остались стоять на сцене, молились, чтобы это были они. Когда я понял, что это не мое имя, я был разбит и подавлен.

Гарри: Я так боялся не пройти. Вот ты стоишь там и слушаешь, как называют имена других людей, но не твое, это просто кошмарно. Когда подошли к 7-ому участнику, всем казалось, что шансов больше нет.

Найл: Это самая ужасная вещь, которая случалась со мной в жизни. Я стоял там и ждал, когда назовут мое имя, а его так и не назвали. Я был очень расстроен. У меня до испытания уже было чувство, что я не пройду, но от этого легче не становилось. И тогда я запланировал вернуться в следующем году.

Лиам: Когда я выяснил, что не прошел, первой мыслью было, что я просто не хочу возвращаться домой и говорить людям, что я провалился снова. Как только я спускался со сцены, я сразу же звонил родителям и сообщал им новости. Мы все много работали, и мои родители всегда помогали мне во всем, они очень в меня верили, поэтому я чувствовал, что подвел их.

Луи: Я был разочарован, что не прошел, но не был шокирован. Я был больше шокирован, что Гарри и Лиам не прошли. Я думал тогда: «Какого черта?». А что касается меня, я не ожидал пройти даже первое прослушивание, если честно.

Зейн: Я чувствовал себя ужасно. Меня терзало изнутри, что я не прошел это испытание.

Гарри: Все мы были расстроены. Мы сидели и пытались смириться с мыслью, что нам придется вернуться к обычной повседневной жизни, после такого потрясающего опыта, когда пятерых из нас позвали обратно для так называемого "интервью”.

Найл: Я и Гарри уже сидели с чемоданами, готовые ехать обратно домой, когда к нам подошли. Мы сидели на арене Уэмбли и чувствовали себя несчастно, думая, что все кончено раз и навсегда.

Луи: После того, как нас позвали обратно, мы стояли вместе на сцене и осматривались. Многие из съемочной группы разговаривали о том, как они собираются снимать какую-то часть шоу, поэтому у меня появилось чувство, что что-то происходит. Затем кто-то сказал, что они позвали нас пятерых на сцену, потому что судьи хотят сделать заявление.

Найл: Я был таким глупым. Даже несмотря на то, что мы впятером стояли вместе на одной сцене, как группа, мне тогда даже на ум не пришло, что они хотят сделать из нас бой-бенд. Это было так забавно, там были сотни других участников, а мы пятеро общались друг с другом, обсуждали какие-то вопросы, а я даже делил комнату с Лиамом, то есть мы вроде как уже немного знали друг друга.

Гарри: Мы стояли и болтали о том, что же может происходить, когда нам сказали подняться на сцену. Мы поднялись, а там стояли девушки из группы Belle Amie, и они были в таком же замешательстве, как и мы.

Лиам: Николь сказала, что мы слишком талантливы, чтобы нас отпустить, и судьи хотят, чтобы мы сформировали группу. У меня тогда закружилась голова. Она сказала: «Вам дан замечательный шанс ощутить как это – быть в группе». «Мы просто не знали, что сказать. Казалось, что все двигалось в замедленной съемке». После этого Саймон сказал нам, что в соревновании мы показали себя хорошо. Мы просто не знали, что ответить. Казалось, что все двигалось в замедленной съемке. Это было так неожиданно.

Луи: Слова, которые сказала Николь, вломились в наши головы и мы просто стояли там, понемногу сходя с ума, прыгая и обнимая друг друга. Я плакал, как маленький. Слава Богу, что мы все уже познакомились в тот день, или же это выглядело бы так: «Привет. Кто ты? Ой, ты знаешь, мы вместе в группе».

Найл: Саймон сказал, что он дал нам «спасательный круг» и теперь многого ждет взамен. Он предупредил нас, что это будет непросто, но мы нисколечко не сомневались. Иметь то чувство, когда тебе дают еще один шанс, было просто невероятно. Каждый раз, когда я думаю об этом, даже сейчас, у меня бегут мурашки по коже, и это один из тех моментов, которые я буду помнить всю свою жизнь. А может быть и дольше. Саймон сказал, что у нас есть 5 минут, чтобы подумать, но я даже не колебался. Мой ответ: «Да, и никаких сомнений».

Луи: У меня было то же самое. Мое правило – сначала действуй, потом думай, да и данный нам шанс был такой замечательной возможностью.

Гарри: И у меня то же самое. Передо мной стояли два выбора, и оба – со словом «идти». Первый – уйти домой ни с чем или второй – пойти на трудности, ради дела, которое может обернуться для меня большим успехом. Поэтому я даже не думал над этим.

Зейн: Я тоже. Я просто знал, что мы проведем незабываемое время вместе, чтобы ни случилось. Я уже поладил со всеми ребятами, и думал, что мы сработаемся.

Лиам: Мне пришлось подумать об этом немного дольше, чем остальным, потому, что я уже был там раньше, и приложил столько усилий, чтобы сделать сольную карьеру. Мне нужно было решить, готов ли я выбросить эти старания. Но сказать «нет» значило выбросить абсолютно все и уйти домой ни с чем. Я так рад, что сделал тогда правильный выбор. Да я и не думаю, что смог бы отказаться, я просто волновался о том, как все получится, сработаемся ли мы. Найл жил в Ирландии, а об остальных я не имел ни малейшего представления, поэтому я как бы посылал себя в неизвестность, потому что у меня даже представления не было о том, что из этого выйдет. Но сейчас я знаю, это был самый замечательный шанс из всех, которые я когда-либо получал. Тогда снова позвонить родителям и сказать, что я все-таки прошел, было просто невероятно и до сих пор я считаю это самым лучшим моментом в моей жизни.

Найл: Сразу же после того как было решено воспользоваться шансом, мы начали обсуждать разные вещи, например, какую одежду мы будем носить. Я сказал, что всем следует выглядеть, как Луи, потому что по мне, он выглядел очень круто. Как я ошибался! Шучу, шучу.

Гарри: Тем вечером мы не праздновали, так как многих отправили домой, но нам так хотелось поскорее встретиться снова. Не думаю, что я видел когда-нибудь пятерых ребят, которые так широко и радостно улыбаются, как мы тогда.

Луи: Мы на самом деле хотели сформироваться, как группа, и репетировать столько, сколько сможем перед выступлением. У отчима Гарри был маленький домик, в котором мы и жили неделю после первого полуфинала, и это было классное время.

Найл: Там до нас дошло, что мы одна группа, и тогда между нами образовалась на самом деле сильная связь.

Зейн: Пока мы жили там, Гарри придумал нам название – One Direction (одно направление), потому что все мы теперь должны были пройти один и тот же путь, как группа. Довольно забавно, это было название, с которого мы только начали, и все сразу закричали: «Гениально, мы возьмем его». Но оно было не единственным. Еще одно имя группы, над которым мы думали, было USP, а папа Лиама придумал Status Single, оно было ужасным.

Глава четвертая.
Дом Судей.

Гарри: остальные парни направились домой на пару дней, после того, как побыли у меня, потом, все снова встретились в аэропорту, перед вылетом в Дом Судей. Мы все гудели и были очень взволнованы из-за поездки в Испанию вместе, потому что знали, что будет весело. Также, мы очень усердно трудились, поэтому мы чувствовали себя довольно хорошо подготовленными к прослушиванию.

Найл: по каким-то странным причинам, я заранее был убежден, что Саймон собирается стать нашим наставником. Я просто чувствовал это. Он собрал нас вместе и сказал, что группа была очень сильной. Но, когда мы добрались до дома и увидели, как он выглядит, я подумал, может быть у нас будет Шерил, вместо него. Я просто подумал, что это дом Шерил. После того, как мы осмотрелись и увидели как богато (щедро) все обставлено, я решил, что после всего – это будет Саймон. Это было так забавно, потому что дом находился очень близко к общественному пляжу и, если люди проходили мимо и понимали что происходит в том доме, они никогда бы не поверили в это.

Луи: у меня было такое чувство, что нашим наставником будет Шерил. Так что, когда Саймон вышел, Найл такой: «Я же тебе говорил, Луи!» Мы были очень счастливы, что у нас – Саймон, потому что он главный человек в музыкальной индустрии, но я бы не расстроился, если бы взамен была Шерил. Не только потому, что она невероятно сексуальна, она привлекательная женщина и великолепна в том, чем занимается.

«ЭТО БЫЛО ПОТРЯСАЮЩЕ, КОГДА САЙМОН ВЫШЕЛ, И МЫ ПОНЯЛИ ЧТО ПОЛУЧИЛИ ЕГО. МЫ ВСЕ СОШЛИ С УМА»

Лиам: я был так счастлив, что мы получили Саймона в качестве нашего наставника, потому что я знал, что у нас есть взаимопонимание друг с другом. Когда мы добрались до Марбельи, у меня было слабое предчувствие, что это будет он, и Найл был непоколебим, так что, я стал убеждать себя что именно так все и это будет. Это было похоже на каникулы парней в Испании, мы хорошо провели время и еще больше привязались друг к другу. Но мы также очень усердно работали, и практиковались так много, как это было возможно. Мы и понятия не имели, пройдем ли дальше, но приложили все усилия и сделали все возможное.

Гарри: это было потрясающе, когда Саймон вышел, и мы поняли, что получили его. Мы все сошли с ума, и, в следующий момент, мы очень громко смеялись, когда он сказал: «Вам страшно было подумать, что это мог быть Луис, правда?» Мы были бы счастливы с любым из четырех судей, которые присматривал за нами, но, я думаю, в тайне, все хотели, чтобы Саймон стал их наставником.

Найл: Дом Судей – это один из самых смешных моментов моей жизни. Мы все делили комнату в этом отеле, и там было одно большое окно. Обычно, мы открывали окно и выкидывали всякие штуки на людей внизу, и они даже не догадывались, откуда это все летело. Это был позор, но весело. Луи также выбросил пиццу в бассейн, что, по моему мнению, было очень забавно, но Лиам отругал его. Плохой Луи.

Зейн: это было блестяще, потому что нам надо было выйти прогуляться. Мы пошли и купили пиццу, и дурачились на пляже, что было клево. Это было как неделя для группы-новичка.

Луи: хотя, не все было хорошо. Я попал в скорую помощь, прямо перед тем, как мы должны были выступать для Саймона, потому что меня укусил морской ёж. Я был в море и подумал одно из двух: или поцарапал ногу, или туда попал кусочек камешка, потому что она кровоточила. Я лег спать – подумал, что все заживет. Но когда я проснулся – увидел, что она в два раза больше другой ноги. Я попытался встать на неё и упал на пол. Потом она резко заболела, и мне пришлось пойти к врачу и сделать уколы в зад, что также сделало меня ослабевшим. После этого я чувствовал тошноту.

Гарри: это был день нашего выступления, так что мы беспокоились, что он не сможет вернуться во время, но, слава богу, он вернулся. Мы могли бы исправить это, но все было бы по-другому.

Луи: когда мы должны были выступать, я дошел до того места, где мы должны были петь и Саймон посмеялся надо мной. Это был кошмар, и я очень беспокоился о том, что мне могло бы трудно передвигаться, но я преодолел боль и, в конце, все было хорошо.

Зейн: мы пели Torn – Натали Имбрульи, песню, которую получили. Исполнение прошло хорошо, но, после этого, мы болтали и не могли решить: было ли это плохо или хорошо, что мы только что собрались вместе. Я думаю, хорошим было то, что мы были чуть неопытные и у нас был необработанный талант, но у нас не было тех знаний о том, как это – быть в группе долгое время. Просто мы были не уверены в том, что могло бы случиться, если бы старались недостаточно.

Лиам: мы не нравились нескольким другим группам, потому что они думали, что это было не честно, что нас собрали вместе, и мы были в их категории. Но это всегда было соревнование, так что мы об этом не беспокоились. И, в целом, мы поладили со всеми, когда приходило время выяснять, кто должен выбыть – это было очень тяжело для нас.

Гарри: мы должны были очень много практиковаться и очень усердно работать, мы были реально уверены в песне, так что чувствовали себя очень-очень счастливыми, когда покидали сцену. Как ни странно, мы чувствовали себя опустошенными, когда уходили со сцены, потому что хотели вернуться туда снова. Но мы, все еще, не имели понятия, что Саймон и Синитта на самом деле думают о нас. Мы были одной из двух последних групп, чтобы выяснить, которая пройдет, так что это было между нами и Princes and Rogues. Ваше желание растет и растет, по мере того, как вы проходите, каждый этап соревнования, и это самая большая ступень, на которой тебе могут сказать да или нет, так что мы все были в панике. Если вы получаете ДА, то это слово, которое изменит вашу жизнь навсегда. А если вы получаете НЕТ, это прямо противоположный путь к тем вещам, которые, привели вас сюда, на первое место.

Зейн: мы должны были быть первыми, чтобы рассказать нам: прошли ли мы или нет, но потом они поменяли это, и нам сказали, что мы стали третьими. Потом, в конце, мы стали вторыми, так что у нас было время, чтобы подождать и выяснить, что было самым плохим. Мы предлагали разные теории заговора: «Нас собрали, чтобы подождать, потому что мы прошли? Или это потому, что мы не прошли? Это плохо или хорошо, что нам нужно ждать?

Лиам: стоять перед Саймоном и ждать вердикта – было ужасно. Когда он, наконец-то, заговорил с нами, он сказал несколько позитивных моментов и несколько негативных, так что мы, все еще, не знали какой путь, пройдем мы. Кода он сказал ДА, мы офигели. Мы были так, так счастливы. Мы все пошли и прыгнули в бассейн прямо в одежде. Мы пошли на это.

Луи: из-за ноги я не смог пойти в бассейн, поэтому мне пришлось смотреть на все это веселье. Я присоединился к веселью, когда мы летели обратно, тем не менее, мы очень много смеялись. Мы были на такой высоте и просто не могли поверить, что мы пройдем в живое шоу. Когда мы добрались домой, мы не потеряли контакты, перезваниваясь и переписываясь, а потом, пришло время переехать в дом для участников соревнования.

Написать Разное Узнай, что ещё написала на трибуне Tami. →

Обсуждения 1000

Войди, чтобы ответить

Популярные новинки в разделе Разное из One Direction

Последние выступления с трибуны фан-клуба →