Я фанат!

Фан-клуб Кевин Зегерс

Сейчас ты вот здесь: Фан-Партия  →  Фан-клубы в разделе Знаменитости  → Кевин Зегерс  →  Трибуна

Интервью Все Интервью Написать Интервью

Играя брата и сестру в фильме “Город Костей”, Кевин Зегерс и Джемайма Уэст хорошо знают, насколько велико значение семейной привязанности между ними. Собственно, понимают это и те, кого они играют.

Джемайма сразу же говорила о том, что понимает Изабель – особенно по части её любви к своим близким. Ей всегда казалось очень важным не только то, что в этом выдуманном мире есть сильные и сложные персонажи, но и то, как они между собой связаны.

Кевин говорил о семейной динамике, когда ты настолько сближаешься с людьми, с которыми проходишь сквозь тяжёлые испытания, что вы становитесь настоящей семьёй. В своей интерпретации Алека он говорил, что тот остро (и негативно!) воспринимает появление Клэри в Институте не только потому, что сам влюблён в Джейса, но и потому, что не хочет, чтобы она врывалась в устоявшуюся гармонию внутри его семьи.

Когда мы оказались на съёмочной площадке “Города Костей” в сентябре, нам повезло взять интервью у Кевина и Джемаймы – брата и сестры Лайтвудов – одновременно. Они оба пришли в назначенный день, они оба были очень милыми и увлечёнными фильмом. Кевин и Джеймима уже ждали нас, когда мы вошли в комнату, где брали интервью. Представившись, мы пожали друг другу руки и уселись за стол, чтобы начать.

Оказалось, что Кевин и Джемайма обладают не только внешней похожестью, но и глубоким пониманием между ними самими. Это стало понятно, как только мы начали интервью: они дополняли слова друг друга. Было просто удивительно видеть, как они понимают друг друга, своих персонажей и ту связь, что есть между ними.

Кевин пылает настоящей страстью к своему Алеку, и потому всегда отвечает полно и глубоко. Джемайма имеет все шансы стать самым милым человеком, которого мы когда-либо встречали. Она тихая и спокойная, и потому то, как она в один миг превращается в яростную Изабель, радует и завораживает одновременно.

Брать интервью у Лайтвудов оказалось сплошным удовольствием. Кевин и Джемайма не только согласились ответить на наши вопросы, но оказались ещё и такими милыми, обаятельными, доброжелательными… Для них, как и для Алека с Изабель, очень много значит семья.

ИНТЕРВЬЮ С КЕВИНОМ ЗЕГЕРСОМ И ДЖЕМАЙМОЙ УЭСТ

Вопрос Кевину: что стало для тебя самым весёлым опытом на съёмочной площадке?

Обычно люди работают просто для того, чтобы работать, и это немного отличалось от того, что было с нами на съёмках, когда все были очень вовлечены в процесс, что показалось мне очень милым. Мне очень понравилось оружие и остальное снаряжение для боёв, потому что даже актёры сталкиваются со всем этим не очень-то часто, так что, получив такую возможность, мы все погрузились в неё так глубоко, как только могли. Харальд сразу сказал, что хочет, чтобы мы делали трюки самостоятельно, и так мы и делали. У нас был этакий пробный период – сцена боя в отеле Дюмор, которую мы снимали почти что неделю, целая неделя боёв! – и она стала показательной в плане наших возможностей. Мне кажется, всё получилось хорошо и мы действительно доказали Харальду, что способны на это. Да, боевое снаряжение было самой крутой составляющей происходящего. Потому что боевое снаряжение – это, во-первых, своеобразная характеристика персонажа, а во-вторых, само по себе оно – важная часть фильма, и то, как ты сражаешься, многое говорит о твоём персонаже. У нас не одинаковые приёмы, мы все дерёмся по-разному. У нас с Джейми совсем разные стили, а у Джемаймы – её хлыст, так что… Это было весело. Я бы даже сказал, для меня это было круче всего.

Вопрос Джемайме: как ты отреагировала, когда узнала, что получила эту роль?

Я была очень удивлена. Я даже не рассчитывала, что получу эту роль. Но после минутного “что, серьёзно? ваааау”, я поняла, что это великолепно. Я была так счастлива, так счастлива. Работа над экранизацией стала для меня большим шагом, равно как и работа на английском, да ещё и с такой славной командой. Я с нетерпением ждала начала съёмок.

Вопрос Кевину: ты говорил, что некоторые твои качества совпадают с качествами Алека… Какие же?

Ну, Алек такой заковыристый персонаж, потому что, опять-таки, у аудитории есть свои ожидания на его счёт, ведь большинство читало все эти книги и всё о нём знает, так что в первую очередь мне не хотелось делать из него одномерного персонажа, вся уникальность которого заключается только в ориентации. И это – снова! – сложно, потому что, как мне кажется, люди ждут, будто ты сразу раскроешь все его секреты, если будешь акцентироваться на большем. Но для меня, наоборот, это отличный шанс открыть в нём глубинные слои, лежащие позади того, что видно на первый взгляд. Просто побыть тем, кто неуверен в себе и в том, сможет ли ладить с людьми. Я думаю, причина, по которой все так любят Алека, заключается в том, что он похож на многих подростков: ему некомфортно в собственной шкуре.
Он совершенно точно твёрдо верит в свою систему мира, и мне это тоже присуще. Он тяжеловато принимает многие вещи, но не настолько, чтобы слишком многих обидеть. Да, было здорово его создавать, потому что он не очень ярко проявляет себя в фильме до тех пор, пока не заявляет во всеуслышанье, что не хочет видеть здесь Клэри. Согласно изначальному сценарию, он всё время был где-то рядом, но никак не давал понять своего отношения к происходящему, но это было бы совсем не так круто, ведь с самой первой встречи он вовсе не в восторге от Клэри и совсем не хочет, чтобы она ошивалась поблизости. И, как мне кажется, не только потому, что у него есть чувства к Джейсу, а скорее потому, что она в целом нарушает привычную ему картину мира, структуру семьи, а ему не нравится, когда в его семью кто-то лезет. Ему хорошо без чужих, он счастлив тому, как всё в их семье устроено на тот момент. И это было для меня особенно интересным. Впрочем, мы не делаем на этом сильных акцентов, не выталкиваем этого на поверхность. Мы не делаем шоу из наших персонажей. Игра только легко показывает всё это, подталкивая зрителя к пониманию. Это не на поверхности. Харальд позволил нам по-своему интерпретировать своих героев, а аудитории – по-своему понимать или не понимать эту интерпретацию. И это здорово. Я этого не ожидал, если честно.

Вопрос Джемайме: костюмы Изабель – просто нечто. Они оказали какое-нибудь влияние на то, как ты претворяла Изабель в жизнь?

Огромное, огромнейшее влияние. Как актриса, я думаю, что для каждой роли костюмы, причёски и мэйк-ап играют большое значение. В этом фильме нашим дизайнером по костюмам была восхитительная Герша Филлипс, которая просто невероятна. Её идеи были гениальными. Я сама даже и не додумалась бы, что всё может быть настолько круто. Костюмы одновременно очень современные и очень авангардные. Как будто Герша пришла к нам с целой горой аксессуаров и вещей, которые, как мне кажутся, после выхода фильма станут трендовыми.
Стоило мне надеть всю эту кожу и каблуки, я превращалась в кого-то другого, и это здорово. Я действительно Изабель, когда я на таких каблучищах.

Вопрос Кевину: что ты подумал об Алеке, когда впервые прочитал книгу или сценарий?

Первое впечатление всегда было для меня говорящим. Он с самого начала нравился мне больше всех, я чувствовал с ним больше всего родства и сходства. Мне казалось, он был таким непонятым по сравнению с остальными, таким загадочным… И, мне кажется, чем меньше ты знаешь, тем тебе интереснее. Актёры, которые нравятся мне больше всего, всегда очень мало заявляют о себе и своих персонажах, но делают это так, что ты просто смотришь и смотришь, пытаясь понять, что же они на самом деле из себя представляют. Вот и Алек такой. В нём много этого, и, думаю, он сам прекрасно всё это понимает. Это мне тоже нравится.
В этом фильме много экшна, много трюков, так что и нам приходилось выполнять эти трюки, чтобы всё выглядело по-настоящему. Мы хотели сделать этот фильм интересным, чтобы люди прониклись им. Но, например, я сам не проникнусь фильмом, если его персонажи оставят меня равнодушным. Поэтому людям и нравятся книги. Им по душе мир и по душе сюжет, но, как мне кажется, сами персонажи – это главное, почему люди продолжают читать и интересоваться ими. И это усложняет задачу, потому что ты прекрасно знаешь, что в этом фильме у тебя будет не так-то много особых возможностей, чтобы раскрыть своего персонажа. Этот фильм акцентируется не на одной лишь актёрской игре, это вам не полтора часа непрерывных драматических сцен. У тебя есть только несколько моментов, чтобы заявить о своём персонаже, чтобы раскрыть его. То же самое и у Джемаймы. У неё есть несколько крупных сцен, где становится ясно, кто такая её Изабель и что она из себя представляет. Так что Джемайма фокусировалась на этих сценах, очень старалась отработать их по максимуму, потому что они, по сути, очень важны и составляют основу любого фильма.

Вопрос Джемайме: каким было твоё первое впечатление об Изабель, когда ты только-только прочитала книгу или сценарий?

Больше всего меня впечатлила её любовь к своим близким. Как она верна им, какая она сильная и решительная, и всё, что для неё имеет значение, это её семья. Я испытываю то же самое, и поэтому я сразу же прониклась Изабель. И, как мне кажется, она очень забавная. Иногда она выходит из себя, а ещё она очень спонтанная, что мне тоже нравится. Это добавляет ей весёлости. С каждой книгой она нравилась мне всё больше и больше, и я думала – ух ты, здесь есть над чем поработать!

Вопрос Кевину: какая часть боевых сцен была для тебя самой сложной?

Боевые сцены не казались мне сложными. В отличие от каждодневных тренировок. Ты актёр, а значит, ты хочешь делать вещи, а не изучать и тренироваться, как их правильно делать. Поэтому это было для меня самым сложным. Я очень ленивый. И для меня было большим испытанием рано вставать и до начала съёмок тренироваться с Нано, нашим персональным тренером. Но вместе с тем это и награда, потому что Нано – настоящий профессионал и в конце концов даже ты сам способен увидеть свой результат. Мы все старались следить за тем, что едим… Это было тяжело, потому что весь день ты трудишься, а потом понимаешь, что нужно делать ещё и ещё. Как будто у тебя две работы.

Вопрос Джемайме: если бы было одно слово, которым можно было бы описать тебя так, чтобы оно подходило бы и Изабель, что бы это было за слово?

Любящая.

Вопрос Кевину: что тебе больше всего нравится в “Орудиях Смерти”?

Мне нравится история в целом. Я не рос этаким огромным фанатом фэнтази, поэтому “Орудия Смерти” – это не то, к чему я привык, и не тот вид литературы, к которой я с юности привязан. Так что для меня это было чем-то, что я никогда бы не прочитал, если бы мне не прислали сценарий. И для меня там было столько крутой семейной драмы и никакого привычного контекста. То есть, обычно, если есть драма, то есть и реальные люди, и реальные события, нужно держать всё это как можно ближе к привычной жизни, чтобы сохранить достоверность, а здесь всё по-другому.
Эта семья – вымышленная, фантастическая, и, как по мне, это круто. Эти люди через многое проходят вместе – и в конце становятся близки друг другу, становятся настоящей семьёй, хотя изначально они, кроме нас с Изабель, по крови друг другу совсем не родня. Это здорово.
Харальд очень позаботился о снаряжении. О мечах и сражениях… Актёру всегда важно для своей работы найти что-то, на чём можно сфокусироваться, и для нас этим стали снаряжение и бои. И это впечатлило меня сильнее всего в книгах и в сценарии.
Харальд сознаёт, почему этот фильм не такой, как другие. Потому что есть разница между “Тёмным Рыцарем” и каким-нибудь другим, похожим фильмом, который не обрёл успеха, заключается в том, чтобы каждый персонаж находился на своём месте, чтобы ты к ним привязывался. Несмотря на все эти странные потусторонние штуки, происходящие с героями фильма, они по-прежнему живут в реальности, и это мне нравится.

Вопрос Джемайме: что тебе больше всего понравилось в книгах?

Я думаю, что-то вроде того, о чём говорит Кевин. Тот факт, что здесь есть все эти сильные сложные персонажи в мире, который одновременно и наш, и фантастический. Этакая смесь настоящего с выдумкой. И, как актриса, я очень счастлива, что могу сыграть персонажа, который мне нравится, а заодно и стать частью загадочного нового мира. Руны, оружие, всё это приводит в восторг, и всё это нравится мне в “Орудиях Смерти”. Всё сразу.

Вопрос Джемайме: Изабель – такой сильный и независимый персонаж, каково играть её в преимущественно мужской среде?

Весело. Она девушка, да, и довольно жёсткая, но парни, с которыми она проводит всё своё время, они ведь точно такие же, поэтому она не казалась мне какой-то особенной. Они все по-своему жёсткие и сильные. Изабель выросла с ними, они все – её, её кровь.

Вопрос Кевину: если бы ты решил сделать татуировку с руной, что это была бы за руна?

Татуировку? Скорее всего, та, что у меня на шее, потому что её труднее всего наносить. Блокировка и уклонение. Нам всем выдали руны, чтобы мы тоже могли принять участие в решении, что и куда наносить. Мне всегда казалось, что у Алека должна быть какая-то руна, которая делала бы его визуально опасным. И теперь у него есть эта огромная татуировка, закрывающая половину шеи. Большую часть времени мы носили довольно закрытую одежду, так что мне хотелось, чтобы у него было что-то, что видно, неважно, одет он в обычную одежду или что-то ещё, в Институте он или нет. Я думаю, он гордился бы такой руной, как любой человек гордится тем, что он делает.
Мне хотелось, чтобы у него было что-то, что обращает на себя больше всего внимания. Ну, и это просто выглядит круто.

Вопрос обоим: что вы делали, когда вам сообщили, что вы получили роль?

Джемайма: Это было два часа ночи, так что я собиралась ложиться спать. Правда, потом я ещё некоторое время не могла уснуть.

Кевин: Я играл в гольф со своим лучшим другом у дома моих родителей здесь, в Канаде, хотя история о том, как я попал на прослушивание, куда веселее. Я тогда снимался в другом фильме, и на встречу с Харальдом мне пришлось лететь. Мы прочитали с ним несколько сцен. Прямо здесь, в этой комнате. И мне не пришлось долго ждать. Ожидание – это худшая часть в жизни актёра. Потому что против воли ты начинаешь думать о том, как будешь играть этого персонажа или как здорово было бы сняться в этом кино. Так что для меня звонок был большим облегчением, потому что я действительно надеялся, что стану Алеком. Больше, чем обычно. Обычно я даю волю мечтам и надеждам, пока не получу роль. Поэтому я почувствовал большое облегчение в итоге.

Вопрос обоим: Книги ориентированы и на подростков, и на взрослых. Кому, по вашему мнению, они больше понравятся?

Джемайма: недавно я уже отвечала на подобный вопрос и, как мне кажется, фильм понравится и тем, и другим, потому что, как мы уже говорили, здесь есть где развернуться с героями, потому что герои здесь очень важны. И игра тоже, что может привлечь внимание более взрослых людей. Да и сам фэнтэзийный мир, само оружие и бои, всё это понравится и взрослым, и детям, потому что ну кто не любит хорошие боевые сцены?

Кевин: Это фильм. Кому он понравится, тому он понравится. Мне кажется, иногда это ошибочно – относить кино к той или иной категории, словно отсекая от него часть зрителей. Фанаты книг в любом случае будут смотреть этот фильм, потому что интересно. И нам важно, чтобы фильм тоже был для них интересным. И чтобы он был интересным для тех, кто книг не читал. Так что мы фокусировались и на том, чтобы подарить поклонникам мир, который они любили и ждали, но вместе с тем и просто сделать хороший фильм. Уверен, до его выхода на экраны вы уже много чего увидите, но это вовсе не лёгкий фильм про любовь, это не то, что я называю леденцовым кино. Цвета здесь не яркие. Они очень насыщенные. Много боёв.
Целью Харальда с самого начала было снять крутой фильм и надеяться, что он всем понравится. Неважно, поклонники они такого жанра или нет, неважно, молодые они или старые, мужчины или женщины. Чтобы он понравился и милым девушкам, и парням вроде Джейми и Джонатана. Всё, что мы могли сделать, это сделать хороший фильм.

Джемайма: Знаете, нам очень нравился весь этот процесс, и мы надеемся, что понравится он и остальным. Мы абсолютно точно приложили максимум усилий к тому, чтобы показать своих персонажей, и мы довольны собой.

Кевин: Что мне ещё нравится, так это то, что на съёмочной площадке немного людей. Никого со студии, никого, кто выдвигал бы разные точки зрения так, что в итоге всё закончилось бы на половине, потому что не хочу того, не хочу этого, не будем обижать эту группу, не будем ту. Мне кажется, они очень умно поступили, отдав Харальду все ключи и сказав, мол, парень, просто сделай хороший фильм. Сердце Харальда – в нужном месте. Он знает эту историю и знает, какие на неё возлагаются ожидания. Но никто не ходит перед камерами и не бормочет, что “оо, может, это слишком темно, а это не понравится зрителям, и Алек им не понравится или, может быть, не понравится Изабель”. Этот фильм… он сознаёт право аудитории чувствовать так, как ей хочется, и в нём нет попыток ей услужить или никого не обидеть.

Написать Интервью Узнай, что ещё написала на трибуне jody →

Обсуждения 1000

Войди, чтобы ответить

Популярные новинки в разделе Интервью из Кевин Зегерс

Последние выступления с трибуны фан-клуба →