Я фанат!

Фан-клуб Азербайджан

Сейчас ты вот здесь: Фан-Партия  →  Фан-клубы в подполье  → Азербайджан  →  Трибуна

Новость Все Новости Написать Новость

Азербайджан

08 августа 2011

Несмотря на череду тревожных событий политического, экономического, экологического характера, происходящих в международном и региональном масштабах, проблема энергетической безопасности для всех государств мира остается первоочередной задачей. Примером тому служит инициированный Евросоюзом проект транснационального газопровода Nabucco, призванного доставлять каспийский и центральноазиатский газ в Европу. О перспективах реализации проекта, его политических и коммерческих составляющих поделился своими соображениями известный эксперт в области ТЭК, руководитель Центра нефтяных исследований Ильxaм ШАБАН в интервью агентству «Новости-Азербайджан».

— По мнению ряда западных экспертов, реализация проекта Nabucco в равной степени зависит от позиции Туркменистана и Азербайджана. Как вы считаете, у какой из стран больше шансов и энергетических возможностей по отношению к данному проекту?
— Шансов у Азербайджана больше, чем у Туркменистана, потому что мы ближе к Европе, и, соответственно, азербайджанский газ имеет возможность транспортировки в направлении Европы по различным трубопроводам, в том числе и по Nabucco. А что касается участия в реализации самого проекта Nabucco, то в этом конкретном случае роль нашей страны будет зависеть от того, какими будут тарифы на азербайджанский газ. Об этом, как было заявлено, станет известно до 1 октября текущего года. В любом случае, участие в проекте может быть возможным в долгосрочной перспективе, потому что реальная разработка месторождения «Шахдениз-2» начнется с 2017 года и продолжится до конца 2036 года. Соответственно к этому сроку разработчики компании должны иметь четкое представление о том, по какому маршруту они будут транспортировать газ к конечному покупателю. Это во-первых. Во-вторых, все зависит от того, насколько хватит объемов газа, поскольку полностью заполнить газопровод сырьем, поступающим с «Шахдениз-2», не получится, особенно на данном этапе. В Азербайджане уже открыты новые перспективные месторождения, я имею в виду структуру «Умид», и начато разведочное бурение на «Абшероне». Фактически осенью станут известны первичные данные по структуре «Абшерон» и то, насколько они перспективны. А если предположить, что они будут неперспективны, то в любом случае имеются доказанные запасы под глубоко залегающими пластами «Азери—Чираг—Гюнешли», как минимум, в 250 млрд кубометров. С другой стороны, в запасе есть еще одно крупное морское месторождение, которое после разрешения статуса Каспия начнет разрабатываться. С 2001 года оно было заморожено из-за претензий Ирана. В то время Иран предъявил претензии к использованию этой структуры. Из-за того, что вопрос по правовому статусу Каспия до сих пор не разрешен, Азербайджан не стал обострять ситуацию и проблема была заморожена до разрешения данного вопроса. Судя по первичным результатам, в недрах этого месторождения, на глубине свыше 7 км, имеются крупные газовые залежи. Одним словом, разведанные и доказанные запасы Азербайджана позволяют экспортировать газ в Европу не только на уровне 10 млрд кубометров, предусмотренных с «Шахдениз-2», а гораздо больше. Примерно к 2025 году эти объемы могут быть применены к проекту Nabucco. Тогда на территории Азербайджана потребуется строительство нового газопровода. Кстати, Госнефтекомпания и компания ВР еще с декабря прошлого года работают над этим вопросом. В целом, если сравнивать возможности Азербайджана и Туркменистана, то у нас имеются колоссальные преимущества, хотя запасы, в действительности, намного уступают доказанным запасам Туркменистана. Просто мы находимся в более благоприятных условиях по поставкам своего «голубого топлива», чем Туркменистан. Скажу почему: Туркменистану необходимо создать инфраструктуру, а для этого надо определиться с юридическим статусом Каспия, что, по сути, проблема не из простых, ведь за прошедшие 20 лет прикаспийские страны так и не смогли прийти к консенсусу, в особенности Иран и Россия.
— Тем не менее, Ашгабат и Баку не спешат с подписанием соглашений по Nabucco. Можно ли предположить, что помимо коммерческих недоговоренностей имеют место быть и политические мотивы?
— В этом вопросе как раз-таки я склоняюсь больше к коммерческим разногласиям. Первым делом надо решить финансовые вопросы — посредством компаний, международных финансовых организаций, банков. А что касается политической поддержки, то ее Европейский союз, Еврокомиссия на высшем уровне оказывают сполна.
— Скажите, сколько времени потребуется для того, чтобы мегапроект Nabucco окупил себя?
— По моим оценкам, если трубопровод пропускной способностью 31 миллиард кубометров будет ежесуточно работать на полную мощность, тогда окупаемость проекта составит 8 лет. Возникает встречный вопрос: а есть ли поставщики, обеспечивающие эти объемы, начиная с 2017 года? К сожалению, вопрос остается открытым.
— Как бы вы оценили энергетические возможности сотрудничества Туркменистана с Западом на нынешнем этапе ?
— Для этого надо припомнить все события, которые произошли с начала года. В частности, начнем с визита еврокомиссара по энергетике Жозе Мануэля Баррозу в Баку. В рамках визита был подписан меморандум о взаимопонимании между Азербайджаном и ЕС, позже последовал визит еврокомиссара в Ашгабат, где стороны так и ничего не подписали, ограничившись устным диалогом между ЕС и официальным Ашгабатом. Но, несмотря на это, на протяжении всего времени Ашгабат не устает повторять, что Туркменистан выступает за диверсификацию поставок и за строительство трубопровода в направлении Туркменистан—Афганистан—Пакистан—Индия (ТАПИ) и что в этом направлении работа активно продвигается. Это все, что можно сказать о реальных возможностях сотрудничества Туркменистана с Западом, во всяком случае на нынешнем этапе.
— Нерешенный статус Каспия создает политические препятствия для строительства транскапийского газопровода. Скажите, при каких условиях он может принести, в случае, конечно, его реализации, выгоду Азербайджану?
— Реализация газопровода выгодна Азербайджану тем, что благодаря этому трубопроводу создается новая инфраструктура, за счет которой Азербайджан получает дивиденды. Азербайджан станет получать солидные дивиденды и транзитные тарифы уже от запущенного газопровода. Напротив, если мы сами возьмемся за его строительство, вложив миллиардные инвестиции в проект, в надежде заработать, то ожидаемой выгоды от этого не будет. По моим личным подсчетам, если Азербайджан возьмется за инвестирование проекта, то за каждые тысячи кубометров газа получит полтора доллара. Таким образом, Азербайджан заработает за год всего порядка $200 млн в случае, если по его территории пройдет 10 млрд кубометров газа. А если учесть еще и объемы затрат на обслуживание, то чистая прибыль в конечном счете для страны окажется мизерной. Получается, строительство газопровода своими силами для нас не столь рентабельно, как хотелось бы.
— Сравнительно недавно Ирак и Сирия подписали соглашение о строительстве газопровода от иранского месторождения Южный Парс. Есть ли перспективы этого проекта?
— Это чисто политический проект. Стороны рассматривают в качестве рынка сбыта европейские страны, куда иранский газ пойдет через территорию Ливана и Средиземноморского региона, потом по дну Средиземного моря в Грецию для того, чтобы доставить иранский газ в еврозону. Если реализовать такой проект, то, по сравнению с «Южным потоком» или с проектом Nabucco, строительство трубопровода протяженностью 5 тыс. км, огромный отрезок которого придется на подводную часть, наверное, составит порядка $45-50 млрд. С другой стороны, надо быть уверенным в том, что европейский покупатель не откажется от него, с учетом действующих против Ирана американских и европейских санкций. Так что, прежде чем разрабатывать эти месторождения и создавать соответствующую инфраструктуру, надо решить политические проблемы, имеющие место быть. К тому же сейчас не лучшим образом обстоит положение дел в Сирии, поскольку крупные западные страны готовят в отношении Дамаска новые резолюции Совета Безопасности и новые экономические санкции. Очевидно, участием в проекте Сирия захотела показать свою значимость для Европы. В силу политических катаклизмов на Ближнем Востоке реализация этого проекта не представляется мне возможной в перспективе ближайших и долгосрочных лет. Во всяком случае до тех пор, пока не появятся новые возможности на Ближнем Востоке для ведения торговли с Западом.

На российского монополиста
подали в арбитраж

Германский концерн E.ON намерен через суд добиться от «Газпрома» снижения цены. Дорогой газ может ослабить позиции российского монополиста как в Германии, так и в Европе целом. По мнению экспертов, пора делать ставку как на сжиженный газ, так и на газ из Каспийского региона.
«Газпром экспорт» сообщил в понедельник в Москве, что германский концерн E.ON начал с компанией арбитражное разбирательство. В свою очередь E.ON объявил в Дюссельдорфе, что после безрезультатных переговоров с «Газпромом» обратился в суд, чтобы добиться снижения цены на российский газ. Хотя и не пояснил, когда и в какой суд направил иск против «Газпрома».
Переговоры о стоимости российского газа шли полтора года. Формула, по которой рассчитывается цена газа для E.ON, действует с января 2010 года. Но всего через месяц после того, как новая формула заработала, E.ON вновь обратился к «Газпрому» с просьбой о ее пересмотре. Переговоры не дали результата.
E.ON добивался снижения цен, зафиксированных в долгосрочных договорах и привязанных к ценам на нефть: они держатся на высоком уровне, но не отражают ситуацию на рынке газа, где наблюдается переизбыток предложений. Из-за падения рыночных цен дочернее предприятие E.ON — дистрибьютор природного газа E.ON Ruhrgas — терпит крупные убытки. По данным агентства Reuters, в 2011 году они могут составить 1 млрд евро. Компенсировать эти убытки E.ON надеется за счет «Газпрома».
Это уже второй иск против «Газпрома», поданный европейским потребителем. В прошлом году в арбитражный суд Стокгольма обратилась итальянская Edison, которая также требовала от «Газпрома» снижения цен на газ. На днях Edison сообщила, что добилась уступок общей стоимостью 200 млн евро. Но если в этом случае речь шла не о самом крупном потребителе российского газа, то E.ON — один из главных клиентов «Газпрома» в Европе с ежегодным объемом закупок 15-20 млрд кубометров. То есть почти половина того, что «Газпром» продает на своем крупнейшем экспортном рынке — в Германии. В целом же Германия потребляет 73 млрд кубометров газа в год при собственном производстве 9,6 млрд кубометров.
Впрочем, факт подачи иска не означает «разрыва переговорных отношений», заверяют в обеих компаниях и обещают, что «поиск решения будет продолжен». Но если общий язык так и не будет найден, то германский концерн вполне может пойти на сокращение сотрудничества с несговорчивым российским партнером. По словам профессора Германского института экономических исследований (DIW) Клаудии Кемферт, «мы уже давно выступаем за то, чтобы E.ON имел больше пространства для маневров и не был привязан к одному поставщику, который продает дорогой газ».
Одна из альтернатив — это сжиженный газ, который обходится значительно дешевле, чем закупки российского газа. Но для работы со сжиженным газом нужен специальный терминал, которого у Германии до сих пор нет. Другая альтернатива — форсирование проекта Nabucco, в соответствии с которым в Европу должен прийти газ из Каспийского региона.
Судя по настроениям в Европе, «Газпром» все больше напоминает осажденную крепость, а не надежного поставщика, играющего по международным правилам. А посему будет вынужден пойти на уступки своему ключевому партнеру еще до того, как арбитражный спор между сторонами будет закончен. Лишь бы германские политики не поторопили с реализацией Nabucco, который поддерживает вся Европа.

Написать Новость Узнай, что ещё написала на трибуне Р.. →

Обсуждения 1000

Войди, чтобы ответить

Популярные новинки в разделе Новость из Азербайджан

Последние выступления с трибуны фан-клуба →