Я фанат!

Фан-клуб Алиса в Стране Чудес

Сейчас ты вот здесь: Фан-Партия  →  Фан-клубы в разделе Мир кино  → Алиса в Стране Чудес  →  Трибуна

Фанфик Все Фанфики Написать Фанфик

Глава 3. Сопротивление.

Предыдущая часть Глава 2. Кровавый Император.

Со времён правления Красной Королевы замок на Угрюмом Бреге не очень сильно изменился, разве что начал выглядеть чуть более зловещим. Во внутренних помещениях добавилось полумрака и алого бархата, появились тяжёлые светильники, фонтаны с чем-то, подозрительно похожим на кровь, в нишах, а помпезное, кричащее убранство сменилось несколько варварской роскошью.
Однако в том, что касалось судеб прислуги и подданных, новый Император был единодушен со своей бывшей госпожой. Только-только вздохнувшие полной грудью жители Подземья застонали под тяжёлой рукой тирана. Стейн отыгрывался за всё время своего унижения, позора и изгнания. Он хотел, чтобы все помнили, кто над ними господин.
В данный момент Император был крайне доволен положением дел. Ему довольно долго удавалось морочить голову бывшей Красной Королеве, отправляя гонцов с ложными сообщениями. Вести о небольших победах он умело чередовал сообщениями о поражениях, поэтому Ирацебета до сих пор пребывала в счастливом неведении относительно истинного положения дел.
К тому же в новой Империи Подземья дела шли как нельзя лучше. Никто из жителей не осмеливался проявлять открытого недовольства, а на внутренний протест бывший Валет не обращал внимания. Империя работала, функционировала, как хорошо отлаженный механизм, и Стейн не мог не признать, что во многом это было заслугой его нового помощника.
В данный момент Безумный Механик, правая рука Императора (фигурально выражаясь), стоял перед троном и давал подробный отчёт. Можно было этого и не делать, в конце концов, с начала его работы система ещё ни разу не дала сбоя, но Механик был ужасающе педантичен.
С тех самых пор как он перестал быть Шляпником, Таррант больше не носил свой знаменитый цилиндр. Валет сильно подозревал, что напоминающий о прошлом головной убор был тихо сожжён в каком-нибудь укромном уголке. После этого Механик пригладил вечно топорщащиеся вихры и переоделся в глухой чёрный костюм. Отныне в его облике не было ни единого яркого пятна, ничего весёлого и оживлённого. Казалось, что это совершенно другой человек.
Сейчас Механик стоял перед Императором, опираясь на высокую, в половину своего роста, трость из чёрного железа, украшенную набалдашником в виде чайника с изогнутым носиком. Поговаривали, что одна эта трость может с успехом заменить любое самое совершенное оружие.
Жёлтые глаза Механика поблёскивали мёртвым светом. Он говорил тихим, размеренным голосом, от которого всякому, кто его слышал, становилось не по себе.
— Через несколько дней с моего конвейера сойдут новые, усовершенствованные образцы Стражей, мой Император. Предыдущие опытные образцы оказались нежизнеспособными, но эти обещают оправдать ожидания.
— Чем тебе не угодила старая стража, то есть карточные воины? – устало осведомился Стейн. После разговора с Механиком он всегда чувствовал себя как выжатый лимон.
— Они были способны предавать. – На бледном лице Механика промелькнуло лёгкое презрение. – Эти же полностью запрограммированы мной на беспрекословное подчинение. К тому же я добавил кое-какие модификации в последнюю модель, так что теперь стражу не нужно снабжать оружием.
— Вот как? – заинтересовался Император. – Они что же, так хороши в рукопашной схватке?
— Нет, — слегка качнув головой, отмёл предположение Механик. – Они сами – оружие. Основой для опытов был человек, но сейчас это идеальные машины. Ничто, включая серьёзные раны и даже почти полное разрушение, не заставит их отступить или сдаться.
— Замечательно, — с некоторым сарказмом ответил Стейн. В том, что касалось техники, стражи и охраны порядка, он полностью полагался на своего помощника, не вникая в технические детали. – А что там по поводу убежища мятежников?
Этот вопрос оставался самым насущным в течение уже почти целого года. Многие недовольные режимом Императора (и к тому же достаточно решительные, чтобы не бояться рискнуть жизнью) уходили в подполье. Было известно, что они постепенно собирают силы в некоем укромном месте, но никто из окружения Императора не знал, где именно.
— Мои шпионы засланы повсюду, — пожал худыми плечами Механик. – Как только им станет что-либо известно, об этом сейчас же узнаете и вы.
— Хорошо, – вздохнул Император, поднимаясь и с удовольствием выпрямляясь во весь свой рост. – Ты можешь идти. Следующий доклад я жду по готовности новой стражи. И не забудь захватить для меня опытный образец.
Механик слегка поклонился, скорее даже, просто наклонил голову. Это сдержанное выражение повиновения безумно раздражало – Стейн предпочитал подчинение без остатка, — но это было самым большим, чего удалось добиться от бывшего Шляпника.
Новый Император не без дрожи припомнил, сколько его тварей положил этот мятежник, прежде чем его удалось схватить. Если бы не категоричный приказ господина, озлобленные гибелью собратьев монстры разорвали бы храбреца в клочки.
Маленький человечек, покрытый своей и чужой кровью, стоял перед Стейном, вызывающе вскинув подбородок. Он готов был сражаться до конца и, если бы мог, давно бы уже попытался убить захватчика.
Зелье в него вливали силой, растянув на земле до хруста костей. Захлёбывающийся, полный боли и бессильной ярости крик до сих пор стоял у Стейна в ушах, изредка являясь в ночных кошмарах.
— Будь ты проклят, Валет! Будь ты проклят!!!
После того как пленный хорошенько наглотался зелья, его обессиленное тело оставили лежать на земле. Он пробыл в таком положении несколько часов, а потом новый Император получил в распоряжение самого преданного из своих слуг.
До Стейна доходили слухи, что Безумного Механика боятся в народе гораздо больше, чем его самого. Однако ему это даже нравилось. Было в подчинении бывшего Шляпника что-то невыразимо приятное, а когда он уничтожал морально и физически своих прежних друзей, Императору приходилось прилагать большие усилия, чтобы не разразиться торжествующим смехом. Всегда приятно наблюдать за теми, кого убивает бывший друг.
Валету пришла в голову весьма неплохая идея. Он мог проверить верность помощника окончательно, дав ему задание, с которым когда-то, ещё при Ирацебете, не справился сам.
— Механик, — окликнул он помощника. Тот повернулся с выражением готовности слушать господина. – У меня для тебя будет ещё одно задание. Вполне возможно, что мятежники в ближайшем будущем найдут себе лидера. И у меня есть большое подозрение, что они попытаются избрать в этом качестве кого-то вроде Алисы.
Сейчас Стейн рисковал: могли пробудиться нежелательные эмоции. Однако расчёт его был таким: если и после упоминания Алисы Шляпник не придёт в себя, значит, Подчинялка действительно очень эффективна и он полностью покорен своему господину.
Что-то на миг промелькнуло в бесстрастных жёлтых глазах, словно изумрудный всполох, и тут же исчезло.
— Понимаю, господин, — ровно сказал Механик. – Вы думаете, что настоящая Алиса вернуться не может, значит, они могут найти другую девушку. Можете не волноваться об этом, мой Император. Такого же человека нет ни в Подземье, ни на поверхности.
— И тем не менее я хочу, чтобы ты поймал для меня эту девчонку, если она появится, — надавил Стейн, пьянея от собственной удачи. Даже сейчас его помощник не очнулся! Даже сейчас!!!
Механик нахмурился, и Император с ужасом представил, как тот смотрит на него – и жуткий жёлтый взгляд становится ярко-зелёным…
— Это не самое уместное задание, мой Император, — объяснил бывший Шляпник всё тем же ровным, безжизненным голосом. – Оно может отвлечь меня от проекта новых солдат. Но, если вы желаете, я могу им заняться.
— Естественно, желаю! – Стейн даже рассмеялся от облегчения. Нет, Подчинялка и бездна безумия держат крепко! – Конечно, я желаю, чтобы ты занялся именно поисками псевдо-Алисы! Не желаю, чтобы у этих жалких мятежников оставалась хоть какая-то надежда!
Механик вышел из зала. Только оказавшись вне поля зрения не только Императора и придворных, но и бессловесной, им самим созданной стражи, он позволил себе тяжело ссутулиться и опереться на трость. Ртуть в его жилах переливалась тяжело, причиняя невыносимую боль, которую подчас невозможно было терпеть без стона. Живое сердце, защищённое сложной системой механизмов, трепетало и сжималось. Пульсация была неровной – сердце с трудом справлялось с нечеловеческой нагрузкой.
Войдя в свою лабораторию в нижних подвалах замка, над темницами, Механик отложил трость и опустился на каменный пол. Дыхание его с хрипом вырывалось изо рта.
Какое-то время он лежал неподвижно, с мрачным удовлетворением ощущая, как холод от ледяного пола маленькими колючками впивается в тело. Затем встал, подошёл к огромному мутному зеркалу у стены и долго вглядывался в его глубины. В глазах его мелькали зелёные всполохи.
— Я больше не могу сопротивляться, — прошептал он едва слышно. – Алиса, прости, я не могу больше…
*
Сердце Алисы пело от счастья. Что именно оно пело, девушка не могла разобрать, но это явно было что-то очень радостное. Так или иначе, она вернулась в Подземье, в свою Страну Чудес! Её ноги ступали по мягкой траве, вокруг цвели живые цветы, а в воздухе она видела крошечных стреконьков и крылатых свинок.
Подождав, пока она привыкнет к новой (а точнее, старой) обстановке, Мак-Твисп осторожно подёргал девушку за подол платья. На этот раз Алисе не пришлось пить Уменьшуньку, чтобы пройти в дверь. После прыжка в нору Кролика их сразу выбросило на эту лесную полянку.
— Пойдём, Алиса! – позвал Кролик. – Я провожу тебя к лагерю Сопротивления. Между прочим, тебя очень сложно было найти в твоём мире! Идём же, у нас очень мало времени!
Проникшись серьёзностью друга, Алиса последовала за ним в глубь странного леса.
— А где мы сейчас, Мак-Твисп? – поспевая за спешащим проводником, осведомилась она. – Я что-то не узнаю этого леса…
— По правде говоря, не так уж много ты здесь видела! – проворчал Кролик. – Если тебе интересно, когда-то этот лес называли лесом Бармаглота. Он жил здесь, когда служил Красной Королеве.
— И вы прячетесь здесь? – удивилась Алиса. – Весьма странный выбор!
— Конечно, ведь более неподходящего для Сопротивления места и придумать нельзя! – отмахнулся Мак-Твисп, раздвигая ветки густого кустарника. – Ты бы поменьше болтала, а то тут везде полно стражи. Нас ищут, знаешь ли.
«Уж кто бы говорил насчёт болтовни», подумала Алиса, но тем не менее послушно замолчала.
Друзья прошли через чащу, и Алиса едва успела начать жалеть, что не сменила платье на что-либо более удобное для путешествия, как кусты расступились – и перед ними открылся вид на лагерь Сопротивления. Он располагался в неглубокой долине, как будто в чашечке, и состоял из маленьких домиков и аккуратных палаточек, разбросанных на первый взгляд как попало.
Между домиками сновали фигуры – как людей, так и животных. Алиса заметила, что их не так уж и много. Даже отсюда, с краю долины, было видно, что лагерь готов в любой момент как сражаться, так и бежать.
Когда Алиса и Кролик направились к спуску в долину, из кустов перед ними мгновенно выскользнула маленькая, но крайне воинственная фигурка.
— А ну стоять! – потребовала она, размахивая крошечной шпагой. – Кто вы такие и куда направляетесь?
Кролик закатил глаза.
— Ради всех чудес, Мальямкин! Разве не видишь, что это мы?
— Я вижу, что это ты, Мак-Твисп! – не успокаивалась Соня. – Но кто с тобой?
— Это же я, Мальямкин, — невольно улыбнулась девушка. – Я Алиса.
— А чем докажешь, дылда? – всё не могла уняться воинственная кроха. – Я тоже могу сказать, что я Алиса!
— Но, в отличие от тебя, я – действительно Алиса. Девушка присела на корточки и щёлкнула Соню по чёрненькому носику. – Теперь узнала?
— Узнала, — проворчала чуточку обиженная Мышь, потирая кончик носа. – Только та Алиса была такой вредной.
Девушка была ужасно рада видеть старых друзей. Воспоминания о том, как она была здесь в прошлый раз, вернулись полностью. Идя вслед за Кролик и ворчащей Соней к лагерю, Алиса думала, что от абсолютного счастья её отделяет только отсутствие Шляпника. Ей не хватало его сумасшедшей улыбки, его лихой чертовщинки в лучистых глазах, его абсолютной уверенности в ней…
«Ну почему я тогда не сказала?! – терзалась Алиса. – Что сложного в том, чтобы сказать тому, кто тебе всех дороже, что любишь его?»
Но она понимала, что если скажет об этом, то обратного пути уже не будет. В этом случае она точно останется здесь, в Стране Чудес. При одной мысли о том, какой могла бы быть её жизнь с ним, Алиса почувствовала, что краснеет, а на лице расплывается глупая счастливая улыбка.
— Что это ты такая красная? – с подозрением уставилась на неё Мышь-Соня.
Алиса поспешно согнала с лица улыбку и попыталась не думать о Шляпнике. В конце концов, что за неподобающие леди мысли приходят ей в голову!
…В лагере девушка провела несколько дней, знакомясь с обстановкой. Повстанцы находились в бедственном положении. Постоянно не хватало провианта, не говоря уж об оружии. К тому же восставших было удручающе мало. Основные силы, способные к войне, находились в подчинении бывшего Валета, то есть Императора. А всё, что осталось мятежникам – привлекать на свою сторону простой народ. Который, конечно же, сражаться умел плохо.
На общем сборе, где присутствовали все находящиеся в лагере, Алиса узнала эти нерадостные новости. Девушка прикусила губу и задумалась. Все её друзья с тревогой и любопытством ждали, глядя на неё.
Алиса думала недолго. Решительно тряхнув золотыми локонами, она объявила:
— У нас нет выбора. Чтобы победить Валета, нужна армия. А мы не можем собрать её нигде, кроме как среди обычных жителей. Сбор надо проводить в тайне, чтобы никто из стражи не заметил…
— Достаточно, дорогуша, — задумчиво мурлыкнул Чеширский кот, появляясь рядом с ней. – Я уже всё понял. Собирать эту армию придётся мне. А я-то всегда ненавидел политику и восстания…
— Не только тебе, — улыбнулась Алиса, — хотя, признаюсь, я надеялась именно на тебя. Я думаю, что поднимать народ на восстание неплохо получится у Мак-Твиспа – он же прирождённый герольд!
— А ты сама что будешь делать? – подозрительно осведомилась Соня.
— Нашей армии нужен полководец, — объяснила девушка. – Я им быть не могу, да и не хочу. Я буду сражаться против Валета и пойду в первых рядах, но как Бравный воин, а не как предводитель. Я собираюсь проникнуть в замок на Угрюмом Бреге и встретиться со Шляпником.
— Что?! – поражённо воскликнули все хором.
— Я встречусь со Шляпником и напомню ему, кто он такой, — спокойно повторила Алиса. – Ведь не будете же вы отрицать, что он нужен нам! Он – наш друг, что бы ни случилось, поэтому я хочу его вернуть.
— Но замок охраняет новая механическая стража, а сам Шляпник, то есть Механик, теперь опаснее всей стражи, вместе взятой, — возразил Белый Кролик.
— Отдаю должное твоему мужеству, милочка, — фривольно подмигнул Чешир, — но в данном случае это самоубийство. Не стоит так рисковать, есть куда менее болезненные способы покончить с собой.
— Я понимаю опасность, но вы всё равно меня не переубедите. Я пойду на Угрюмый Брег и попытаюсь спасти Тарранта – или умру, пытаясь это сделать!
— А по-моему, отличная идея! – радостно пискнула Соня, в возбуждении махнув лапками.
— О, Мальямкин, наконец-то ты со мной согласна, — улыбнулась Алиса. Соня фыркнула:
— Вовсе нет. Я согласна с идеей вернуть нам Тарранта. Но ты никуда не пойдёшь без меня, дылда, иначе всё испортишь!
Девушка растроганно улыбнулась. Она поняла, что под напускной грубостью преданная Соня прячет тревогу. Храброе и верное сердечко! Но она и впрямь могла очень пригодиться в этом рискованном мероприятии.
— Хорошо, только держись крепче, чтобы не упасть ненароком, — вздохнула девушка, аккуратно сажая Соню на плечо.
Раздав последние указания друзьям, Алиса тепло попрощалась, выслушала бесчисленное количество пожеланий удачи и обещание быть рядом (от Чешира). Наконец, после того как стихли слёзы волнения и все объятия, Алиса и Мальямкин отправились в путь по направлению к страшному замку Императора на Угрюмом Бреге.

Написать Фанфик Узнай, что ещё написала на трибуне katya2002 →

Обсуждения 1000

Войди, чтобы ответить

Популярные новинки в разделе Фанфик из Алиса в Стране Чудес

Последние выступления с трибуны фан-клуба →